(Сhurch history as theological discipline in the context of historical education in the Synodal period) Церковная история как богословская дисциплина в контексте исторического об

Please download to get full document.

View again

of 17
All materials on our website are shared by users. If you have any questions about copyright issues, please report us to resolve them. We are always happy to assist you.
Similar Documents
Information Report
Category:

Brochures

Published:

Views: 14 | Pages: 17

Extension: PDF | Download: 0

Share
Description
This article is dedicated to the history of formation and development of church history in the Russian universities. The author pays attention to background of introduction of church history as independent discipline in the Russian universities;
Tags
Transcript
  23 Вестник ПСТГУ II: История. История Русской Православной Церкви. 2012. Вып. 4 (47). С. 23–39 Ц ЕРКОВНАЯ   ИСТОРИЯ   КАК    БОГОСЛОВСКАЯ    ДИСЦИПЛИНА    В   КОНТЕКСТЕ   ИСТОРИЧЕСКОГО   ОБРАЗОВАНИЯ   В   СИНОДАЛЬНЫЙ   ПЕРИОД Н. Ю. С УХОВА  Статья посвящена истории становления и развития церковной истории в российских  университетах. Автор обращает внимание на предысторию введения церковной истории как самостоятельной дисциплины в рамках университетского образования; подробно рассматривает, как понимали первые преподаватели церковной истории в университе-тах (И. М. Добротворский, протоиерей А. М. Иванцов-Платонов, И. Е. Троицкий) ее место и значение на историко-филологических факультетах. Особое внимание уделено проблемам, связанным с присутствием церковной истории как богословской науки в контексте исторического образования. Церковная история является сложной дисциплиной, методы которой и место в системе научного знания определяются неоднозначно. С одной стороны, цер-ковная история, несомненно, тесно связана с учением о Церкви, экклесиологи-ей, то есть с богословием. С другой стороны, очевидно, что исключение истории Церкви из комплекса исторического знания может предприниматься только ис-кусственно, в угоду атеистическому мировоззрению, не желающему учитывать многовековой опыт человечества. С решением вопроса о «научной привязке» церковной истории связан и вопрос о наиболее адекватном месте соответствую-щей учебной дисциплины — в богословском или историческом образовании. Дискуссии о методологической специфике церковной истории, о ее преиму-щественной связи с богословским или историческим контекстом не прекраща-ются и в наши дни. Они ведутся в разных конфессиональных и национальных на- учных традициях. Однако в России эти дискуссии, видимо, наиболее обострены в связи с многолетним вытеснением богословия из общего научно-учебного про-странства и деформацией гуманитарного знания. В последние годы, напротив, внимание светских историков все больше обращается к церковно-исторической проблематике, а представители богословской науки понимают необходимость компетентного применения исторических методов. Совместные научные кон-ференции по истории Церкви выявляют как единство историков и богословов в понимании проблем, так и различие в научных подходах. Накопленный матери-ал побуждает, с одной стороны, к его рефлексии, с другой, — к использованию опыта предшественников. Включение в 2007 г. истории Церкви в состав кафедр  Исследования 24 и палитру специализаций исторического факультета МГУ, аргументированное в числе прочего традицией 1 , требует более пристального изучения этой традиции,  даже если она ставила гораздо больше вопросов, нежели давала ответов.Изучение церковной истории в контексте богословского или исторического образования является обширной темой, требующей усилий не одного исследо-вателя. В данной статье предпринимается попытка выделить ключевые вехи и основные проблемы, связанные с существованием церковной истории лишь в одной из научно-педагогических сфер, а именно в университетской. Наиболь-ший интерес для темы представляет период 1863–1917 гг., когда церковная исто-рия развивалась как научное направление и самостоятельная учебная дисци-плина параллельно в высших духовных школах и в российских университетах. Однако часть статьи следует посвятить и предшествующему периоду, ибо без этого нельзя понять проблем, возникавших в изучении и преподавании исто-рии Церкви в российских университетах. Особое внимание уделено 60–70-м гг.  XIX в., ибо именно тогда была заложена основа университетского варианта цер-ковной истории. При этом внимание уделено и развитию церковной истории в духовных школах, ибо церковная история в университетах была неразрывно связана с ее духовно-учебной постановкой.Так как до начала XVIII в. образовательный процесс в России был единым, без какой-либо конкретной предназначенности выпускников, исследователи считают Славяно-греко-латинскую академию предтечей не только Московской  духовной академии 2 , но и Московского университета 3 . Поэтому на формирова-ние церковной истории в академии необходимо обратить внимание. В учебные планы Славяно-греко-латинской академии еще в первые годы XVIII в., возмож-но, включались какие-то элементы церковной истории. По крайней мере ректор академии архимандрит Палладий (Роговский) (первый русский доктор бого-словия) перевел с греческого, видимо для учебных нужд, «Историю церковную» Никифора Каллиста Ксанфопула 4 . Но в целом для школьного богословия, пере- 1 В статье используются принятые сокращения: СПбДА — Санкт-Петербургская духов-ная академия, МДА — Московская духовная академия, КДА — Киевская духовная академия, КазДА — Казанская духовная академия; ПСЗ — Полное собрание законов Российской им-перии (см.: URL:http://www.hist.msu.ru/Departments/Church/index.html; посещение страницы 17.03.2012). 2 Об этом свидетельствует сам факт празднования юбилеев Московской духовной академии, отсчитываемых от основания школы Лихудов в 1685 г., последний из которых — 325-летие — праздновался академией в 2010 г. 3 См.: Надеждин Н.  Палладий Роговский, первый русский доктор // Сын Отечества. 1840. Т. 4. С. 607–608;  Андреев А. Ю.  Российские университеты XVIII — первой половины XIX века в контексте университетской истории России. М., 2009. С. 150–164;  Ларионов А. А.  «Универ-ситетская автономия» в Московской Славяно-греко-латинской академии (XVIII — начало  XIX в.) // Вестник Московского университета. Сер. 8: История. 2010. № 3 (Май–июнь). С. 27–39; Он же. История Славяно-греко-латинской академии в XVIII веке (1700–1775) (Научный богословский портал «Богослов.ru»: URL:http://bogoslov.ru/text/365350.html). 4  Архимандрит Палладий довершал свое образование в иезуитских коллегиях Вильны, Нейссе и Ольмюца и коллегии святителя Афанасия в Риме, в богословские курсы которых, видимо, включались элементы церковной истории, хотя бы в виде справок о Вселенских со-борах и святых отцах, которые цитировались в «Сумме теологии» Фомы Аквинского (см.: На-деждин Н.  Палладий Роговский, первый русский доктор. С. 610–617; Смирнов С., прот.  Десять  Н. Ю. Сухова. Церковная история как богословская дисциплина в контексте исторического образования... 25 нятого из Киево-Могилянской коллегии и построенного в значительной степе-ни по Ratio Studiorum, не был характерен церковно-исторический подход 5 .Большей связи с церковной историей можно было ожидать от «нового бо-гословия», первопроходцем которого в русской образовательной традиции стал преосвященный Феофан (Прокопович): делая акцент на научности богословия, он неизбежно должен был в той или иной степени опираться на исторический метод. Однако в Духовном регламенте 1721 г. о церковной истории говорилось до обидного мало. Ее предполагалось преподавать в грамматическом, а не в бого-словском классе (вкупе с географией).В московских школах — Славяно-греко-латинской академии и Троицкой  Лаврской семинарии — в 1766 г. церковная история появилась в качестве осо-бой дисциплины, при активном содействии митрополита Московского Пла-тона (Левшина). Место церковной истории в учебном плане на первых порах было неопределенным — предмет был скорее факультативным, не связанным с определенным классом 6 , — что не позволяло четко определить и место церков-ной истории в системе научного знания. Но все же рассчитан этот курс был на старших студентов богословского и философского классов. К концу 1780-х гг. церковная история была введена как особый предмет и в программы некото-рых семинарий, причем инициаторами ее введения и преподавателями являлись преимущественно выпускники Московской академии 7 . В 1798 г. учебные планы  духовных академий попытались унифицировать, и краткая церковная история «с показанием главных эпох» была включена в богословский класс, причем должна была предварять и герменевтику, и догматическо-полемическое и нравственное богословие 8 . В 1805 г. были изданы и соответствующие «классические книги»: по истории древней Церкви первых трех веков — архиепископа Мефодия (Смир-нова), по истории Российской Церкви — митрополита Платона 9 . Несколько разочаровывает, правда, инструкция, данная в 1806 г. митрополитом Платоном  для церковно-исторического класса: экзаменовать следовало исключительно в знании фактов, ибо «история ничего более не требует, как чтоб ученики весьма поучений первого русского доктора богословия, игумена Палладия (Роговского) [Предисло-вие] // Прибавления к Творениям святых отцов. 1883. Ч. XXXII. Кн. 1. С. 270, 274). 5 «Ratio Studiorum atque Institutio Studiorum Societatis de Jesu» («Порядок изучения наук, а также Устроение ученых занятий в Обществе Иисуса»), официально опубликованный в 1599 г. 6 См.: Знаменский П. В.  Духовные школы в России до реформы 1808 года. СПб., 2001. С. 742–743. 7 Примером может служить преподавание церковной истории в 1790-х гг. в Воронежской семинарии выпускником Московской академии 1789 г. протоиереем Евфимием Болховити-новым (будущим митрополитом Евгением) (см.: Фаворов Н., прот.  Речь, произнесенная на торжественном годичном собрании Императорского университета св. Владимира 1867 года, 3 сентября // Труды Киевской духовной академии. 1867. Т. II. № 8. С. 258–259; Шмурло Е. Ф.  Ми-трополит Евгений как ученый. Ранние годы жизни. 1767–1804. СПб., 1888. С. 102, 108). 8 Высочайше утвержденный Синодский указ от 31 октября 1798 г. «О порядке учения в  Духовных Академиях и Семинариях» // ПСЗ I. Т. XXV. СПб., 1830. № 18726. С. 427. 9 «Liber historicus de rebus in primitiva sive trium primorum et quarti ineuntis seculorum ecclesia Christiana» (М., 1805).  Исследования 26 памятовали, что читали, а особливо достопамятные в Церкви случаи» 10 . Однако все же необходимый для высшей школы критический элемент в этой инструк-ции присутствовал: предлагалось «испытывать, все они (студенты. — Н. С. ) одо-бряют, или в чем не сумнятся ли, или не делают на что разумную критику» 11 .Но в учебных планах Московского университета церковная история отсут-ствовала вплоть до 1804 г. Конечно, на философском факультета был профес-сор истории, однако церковно-историческая составляющая в его преподавании никак не предусматривалась, и вопрос о какой-либо его богословской компе-тентности не оговаривался. Университетский законоучитель протоиерей Петр  Алексеев, стараясь хотя бы отчасти ввести своих пасомых в полноту церковного знания, составил для них рукописную «Историю Греко-Российской Церкви» в пяти томах. Но это был лишь минимум, необходимый для образованного рос-сийского гражданина, «профессиональное» же изучение церковной истории все более связывалось со школами духовного ведомства, а они, в свою очередь, — с подготовкой к пастырскому служению.Учебные реформы начала XIX в. несколько изменили ситуацию. Первым общим Уставом российских университетов 1804 г. 12  в составе отделения нрав-ственных и политических наук были введены две богословские кафедры: 1) дог-матического и нравоучительного богословия и 2) толкования Священного Писа-ния и церковной истории 13 . Если в первом сочетании можно усмотреть связь со старыми схоластическими системами, то во втором — новые тенденции, харак-терные для российского богословия последних десятилетий XVIII в.: «проект» церковной истории, заключенный в Священном Писании, неразрывная связь библейской и собственно церковной истории. Однако заместить эти кафедры было довольно сложно, так как университеты находились в ведении новооб-разованного Министерства народного просвещения, не имевшего в своем рас-поряжении специалистов-богословов, а кадры, привлеченные из духовного ве- домства, должны были признаваться научным сообществом соответствующего отделения. Поэтому на протяжении нескольких лет эти кафедры существовали  лишь фиктивно, не имея реальных преподавателей. В Московском университете в 1810 г. появился преподаватель церковной истории — М. М. Снегирев, обла- 10 Цит. по: Смирнов С. К.  История Славяно-греко-латинской академии. М., 1855. С. 296–298. 11 Там же. 12 В начале XIX в. в России была создана университетская система: были основаны Харь-ковский (1803) и Казанский (1804) университеты, также в систему были включены Дерптский (1802) и Виленский (1803) университеты. 13 Уставы Императорских Московского, Харьковского и Казанского Университетов 1804 г. § 24 // Полное собрание законов Российской империи. Собрание первое. Т. XXVIII. СПб., 1830. № 21498. С. 572. Университеты Виленский и Дерптский имели свои уставы, при-чем присутствие богословия в этих университетах было очень показательно: католический Виленский университет имел три кафедры богословских наук, но ни одна из них не была свя-зана с церковной историей (Священного Писания; догматической богословии; нравоучитель-ной богословии); протестантский же Дерптский университет имел особый богословский фа-культет с четырьмя ординарными кафедрами, в том числе церковной истории и богословской словесности (см.: Сухова Н. Ю.  Русская богословская наука (по докторским и магистерским  диссертациям 1870–1918 гг.). М., 2012. С. 51–53).  Н. Ю. Сухова. Церковная история как богословская дисциплина в контексте исторического образования... 27  давший, казалось бы, необходимой компетентностью: он имел и богословское образование (окончил философский и богословский классы Троицкой семина-рии), и университетское (занимался «науками философскими, юридическими и физическими») 14 . М. М. Снегирев составил «Руководство к Церковной исто-рии», погибшее при московском пожаре 1812 г. Однако в лице М. М. Снегире-ва церковная история сочеталась не с Писанием, как указывал Устав, а с фило-софией, поскольку он был одновременно профессором церковной истории и истории философии. Определенная логика была, конечно, и в этом сочетании, но идея «проекта» церковной истории, заключенного в Священном Писании, рушилась. В остальных университетах богословские кафедры были замещены  лишь в 1819 г. 15  Теперь кадровую проблему было решить легче, так как под управ- лением князя А. Н. Голицына оказалось Двойное министерство — духовных дел и народного просвещения. Но при замещении обе кафедры были соединены, и получившаяся в результате кафедра богопознания и христианского учения была помещена вне структуры отделений. Программы включали догматическое и нравственное богословие, священную и церковную историю. В министерском циркуляре от 22 февраля 1819 г. указывалось, что читаемый университетским сту- дентам курс, «конечно, не должен быть такой обширной подробности и полноты предметов, какие приобретаются посвящающими себя в звание богословов и в  духовный сан» 16 . Это был минимум, признанный необходимым для каждого вы-пускника университета, независимо от выбранной сферы познания и последую-щей деятельности. Только в Казанский университет усилиями М. Л. Магницко-го, назначенного попечителем учебного округа, помимо архимандрита Феофана (Александрова), преподававшего догматическое и нравственное богословие, был определен протоиерей Александр Нечаев в статусе адъюнкт-профессора по библейско-церковной истории.В духовных же академиях, получивших статус высших школ в результате ре-формы духовного образования 1808–1814 гг., церковная история была заявлена одной из важнейших дисциплин, ибо «познание древней истории, а особливо цер-ковной» принадлежало непосредственно к богословию 17 . Эта неразрывная связь была подтверждена в 1810 г., когда при разделении всех наук, изучаемых в духов-ных академиях, на «коренные», общеобязательные, и на вспомогательные, цер-ковная история была отнесена к первым, а гражданская история — ко вторым 18 . 14 См.: Биографический словарь профессоров и преподавателей Императорского москов-ского университета за истекающее столетие, со дня учреждения января 12-го 1755 года, по  день столетнего юбилея, января 12-го 1855 года, составленный трудами профессоров и пре-подавателей, занимавших кафедры в 1854 году, и расположенный в азбучном порядке: В 2 ч. Ч. II. М., 1855. С. 420–422. 15 Это, в частности, было отмечено в 1819 г. ревизором Казанского университета М. Л. Маг-ницким как один из самых серьезных недостатков. 16 Санкт-Петербургский университет в первое столетие его деятельности. 1819–1919. Пг., 1919. С. 78, 90. 17 РГИА. Ф. 802. Оп. 17. Д. 1. Журналы Комитета о усовершенствовании Духовных Учи- лищ 1807 и 1808 гг. Л. 54 об. — 55 об. 18 Об этом подробнее см.: Сухова Н. Ю. Высшая духовная школа: проблемы и реформы (вторая половина XIX века). М., 2006. С. 67–68.
Recommended
View more...
We Need Your Support
Thank you for visiting our website and your interest in our free products and services. We are nonprofit website to share and download documents. To the running of this website, we need your help to support us.

Thanks to everyone for your continued support.

No, Thanks
SAVE OUR EARTH

We need your sign to support Project to invent "SMART AND CONTROLLABLE REFLECTIVE BALLOONS" to cover the Sun and Save Our Earth.

More details...

Sign Now!

We are very appreciated for your Prompt Action!

x